480. "Христос должен был войти во все, что мы несем в себе как труп света (свет мы убиваем в глазу, дабы видеть), труп тепла, труп воздуха и т. д. Он стал родственным человеку благодаря тому, что стал родственным смерти. И мы должны чувствовать в нашей душе, что Бог должен был умереть, дабы наполнить нас, захваченных смертью через люциферическое искушение, и дабы мы могли сказать: Христос в нас".155 (9)

481. "Никому не понять воскресения, которое должно стать представлением, которое как истинное представление должно быть противопоставлено ложному представлению, будто смерть принадлежит чувственному миру, никому не понять воскресения, если не будет принят также его коррелят, Conceptio immaculata, непорочное зачатие, рождение как сверхчувственный факт. ...Это внутреннее связано с Мистерией Голгофы, что в Мистерии Голгофы содержится метаморфоза смерти, т.е. метаморфизирование из чувственного факта в сверхчувственный факт, и метаморфоза наследственности, состоящая в том, что отражаемое нам чувственным миром относительно наследственности, связанной с Мистерией Голгофы, переводится в сверхчувственное, в Conceptio immaculata".
     "Люди стали бы подобны любимой скотине, если бы не обратились к духу; и они подпали бы Люциферу, если бы обратились к духу". Так было бы без Мистерии Голгофы. Взгляд на мир вперед являл бы: люди хотят быть бессмертны в Люцифере; взгляд назад являл бы: мир толкуют по-другому, если наследственные признаки, сверхчувственные по своей природе, переносят в моральное; так было сфабриковано средневековое богохульство о наследственном грехе".184 (12)