279. "Может прийти такое время, когда юноша или девушка, скажем, в возрасте 20-25 лет, будучи не в состоянии ориентироваться в царстве серебряного короля (см. "Сказку" Гeте), потеряет представление о том, куда идти дальше в жизни. Внешне в жизни это выражается так, что говорят: они хотят получить учeную степень. И вот окажется, если, конечно, Ариману удалось бы одержать победу, что диссертация их отклоняется на том основании, что в ней содержится нечто личное, нечто субъективное. От человека же будет требоваться засесть в библиотеке и просто по предметному каталогу, в котором уже всe указано, отобрать соответствующие книги, а если появится новое заглавие, то позже присовокупить также и его, а затем выписать оттуда необходимое, свести это воедино и получить степень доктора. Лишь со своей физической индивидуальностью человек присутствует при этом. Он занял место в библиотеке, перед ним лежат книги. Его личность выражает себя при этом только в том, что через пару часов сидения появляется голод и этот голод он будет чувствовать как личную судьбу. ... Натасканное из разных книг и склеенное вместе превращается, в свою очередь, ещe в одну тонкую или толстую книгу и ставится на определeнное место среди других книг, пока не понадобится следующему соискателю. Я не знаю, происходит ли это уже теперь или нет, но если бы Ариман осуществил свой идеал, то однажды это стало бы происходить именно таким образом, и это было бы страшным бытием в нечеловеческих, античеловеческих условиях.
     В противовес этому знание должно стать личным делом. Библиотеки должны по возможности сокращаться, а то, что стоит в библиотеках, люди должны носить в собственных душах. Самодух может произойти только из этого очеловеченного знания". Так можем мы помочь знанию, став учениками золотого короля. 197(11)

280. Много прекрасного появилось на немецком языке "после эпохи Гeте, однако всe это эпигонство. В этом нет эссенции, протекавшей через Гердера, Гeте, Шиллера, нет философской эссенции, подобной той, что содержали в себе Гегель, Шеллинг, Фихте. Один Гамерлинг в точке своей зрелости внeс новый тон своим "Гомункулусом", но и это стало сатирой.
     У врат тогда уже стояло требование схватывать новое, развивать действительное чувство новых зачатков совершенно новой цивилизации. Этот призыв к новым зачаткам должен сегодня пройти через весь мир. Ибо только в этом можно надеяться получить исцеление для будущего развития человечества. Исключено должно быть всe, не примыкающее к ощущениям отдельного человека. Внешние знаки этого вы можете увидеть в том, как судорожно ныне вновь тянутся наружу старые представления". 196(3)