Большевизм и школа

921. "Ленинизм хочет из простой хозяйственной жизни на земной почве, там, где это менее всего возможно, поскольку этому противоречат все народные инстинкты, хочет из простой хозяйственной жизни с помощью "алхимии" Луначарского породить духовную жизнь. Говоря это, я не руководствуюсь тем, что сейчас пишут о России, ибо тогда могли бы возразить, будто я начитался сказок о том, что там происходит. В этих описаниях действительно имеется элемент вымысла: бюргерство пишет иначе, чем социал-демократия. Нет, я руководствуюсь тем, что говорит сам Ленин в своих сочинениях. Я знаю, что основу его взглядов составляет не культурное новообразование, но смерть культуры. Я не говорю о сущности школы, но о том, что законы, которые теперь возводят в русской школе, исключают всякую духовную жизнь. Меня занимает не то, что пишут, а то, что делают люди, желающие из своих иллюзий создать новое". 192(15)

922. "Для того, кто прозревает связи человеческой природы, социалистическая программа воспитания является поистине чудовищем, самым ужасным из всего, что можно себе представить. И величайшим чудовищем, измышленным теперь, наиужаснейшим, что только может быть представлено человечеству, является учебная программа, учебный план, учебные процедуры, конституция школы, связанные с именем Луначарского, министра образования в России. ... Это смерть всякого действительного социализма. Но и в других частях Европы учебные программы социалистов есть не что иное, как раковые опухоли ... ибо они исходят из принципа, что школу можно образовать по типу того, как в социальном организме должны жить взрослые". 296(1)