621. Когда родился Гаутама Будда, он был еще Бодисаттвой. Это значит, что он явился как существо, до уровня которого он развил себя в своих предыдущих инкарнациях. Так что тот, кого обычно называют Буддой, родился, благодаря своему отцу Суддходане и матери Майядеви, как Бодисаттва. Но благодаря тому, что он родился как Бодисаттва, он уже ребенком "в высшей степени обладал способностью ясновидения". Во времена, когда родился Будда, человеческое ясновидение (в целом) не простиралось далее астр. мира, где пребывают демонические существа, живущие в человеческих страстях. И Будда, благодаря изоляции во дворце отца, смог особенно ясно созерцать этот астральный мир.
     По выходе из дворца Будда встречает двух учителей. Один из них — представитель философии санкхья, — другой — философии йоги. Он должен войти во всето, что завоевало внешнее человечество. И приходящий в наше время Бодисаттва должен — как дети в школе — познать все, что стало достоянием людей, пока он был в духовном мире.
     Через изучение санкхья —и йога-философии Будда узнал, что если проникать в духовные миры через логическое мышление, не развив ранее в себе моральность, то человек искушается духом высокомерия и тщеславия (Мара) и становится его жертвой. Когда Будда был у занимающихся умерщвлением плоти монахов, он познал другого демона, который, можно сказать, показывает человеку все царства земные в их славе, чтобы отвлечь его от духовного мира. Мара искушает Будду вернуться в королевский дворец. 114 (2)

413. "Вначале Существо Христа в теле Иисуса из Назарета встретило в пустыне Люцифера; Люцифера, каким он господствует и действует, каким он подходит к людям, когда они переоценивают себя, имеют мало смирения и самопознания. Выступать в фальшивом высокомерии, в самовозвеличении людей — этого хочет Люцифер! Теперь Люцифер подступил к Христу Иисусу и сказал примерно те слова, что стоят в Евангелии: взгляни на меня! Другие царства, в которые внедрен человек, основаны древними богами, духами, и они стары. Я хочу основать новое царство. Я хочу дать Тебе все, что есть прекрасного и величественного в старых царствах, если Ты вступишь в мое царство. Но Ты должен отказаться от других богов и признать меня! — И всю красоту люциферического царства описал Люцифер, вое, что говорит к человеческой душе, когда она хоть немного высокомерна. Но Существо Христа пришло из духовных миров. Оно знало, кто есть Люцифер и как нужно относиться к нему душе, которая не хочет быть искушенной им на Земле. Оно не знало искушений Люцифера, но Оно знало, как следует служить богам, и Оно было достаточно сильным, Существо Христа, чтобы отклонить Люцифера.
     Тогда Люцифер предпринял новую атаку и взял с собой в поддержку Аримана. И оба обратились ко Христу. Один возбуждал высокомерие, это был Люцифер, другой взывал к Его страху, это был Ариман. И один из них при этом сказал: через мою духовность, через то, что я могу Тебе дать, если Ты меня признаешь. Ты не будешь нуждаться в том, в чем нуждаешься, поскольку Ты как Христос вступил в человеческое тело. Это тело подчиняет Тебя себе. Ты должен признать закон тяжести. Я могу столкнуть Тебя вниз, и человеческое тело помешает Тебе преступить закон тяжести. Если же Ты меня признаешь, я устраню последствия падения и с Тобой ничего не произойдет! — Ариман сказал: я уберегу Тебя от страха перед падением вниз! — И так оба подступали к Нему. Но оба в своем напоре как бы удерживали весы в равновесии, и Он мог им противостоять. Он нашел силу, которую человек должен найти на Земле, чтобы возвыситься над Люцифером и Ариманом. Тогда заговорил Ариман: Люцифер, ты мне не нужен, ты только мешаешь мне, ты не увеличиваешь, а уменьшаешь мою силу. — И Ариман отослал Люцифера прочь и предпринял последнюю атаку как Ариман, один. Он сказал то, что находится в Ев. от Матфея: сделай минералы хлебом! Сделай камни хлебом, если Ты хочешь хвалиться божественной силой! — Существо Христа ответило: не хлебом единым жив человек, но и тем, что как духовное из духа исходит. — Об этом Существо Христа знало очень хорошо, ибо Оно ведь только что изошло из духовных миров. Тогда Ариман сказал: Ты, может быть, и прав. Но несмотря на то, что Ты прав, мне не возбраняется определенным образом удерживать Тебя. Ты знаешь только то, что делает Дух, Который сходит из высей. Здесь, внизу, в человеческом мире, люди совсем другие; им действительно приходится превращать камни в хлеб, они не могут питаться одним духом. — В этот момент Ариман говорил Христу о том, что можно было знать только на Земле, но чего Бог, впервые ступивший на Землю, не мог еще знать. Он не знал, что внизу необходимо минералы, металл, золото превращать в хлеб. А Ариман говорил, что внизу люди вынуждены питаться за деньги. Это был пункт, в котором Ариман еще имел власть. И я, — сказал Ариман, — эту власть употреблю!
     Таково действительное содержание этого искушения; от него, таким образом, остался остаток. Вопрос не был решен окончательно — вопрос не Люцифера, а Аримана. Для этого было необходимо нечто другое".148 (5)

414. Искушая Христа, Люцифер предлагает Ему царства астрального мира. "Об этом трудно составить себе представление, пока об астральном мире мыслишь в абстракциях. Но когда человек вступает в астральный мир, тогда действенность сил этого мира, в котором затем говорит Люцифер, так проявляется во всей конституции человека, что все демоны высокомерия освобождаются в нем с той же необходимостью, с какой человек хочет есть, если он ничего не ел 4-5 дней".148 (8)

696. Ариман смог выступить в результате действий Люцифера. В человеке сначала действовали честолю­бие, высокомерие, эгоизм. В результате выработались органы, которые смогли воспринимать мир в искаженном виде, и в неверную картину мира смог вмешаться Ариман. Ариман подступает извне (когда мы сами даем ему эту возможность); изнутри подступает Люцифер. Преобладание внутреннего или внешнего отдает нас во власть одного из них. 120 (7)

698. "Ариманический импульс захватывает в человеческой жизни прежде всего подсознательное. Все, что составляет подсознательные, часто рафинированные потребности человеческой природы, во все это вмешива­ются ариманические силы. ... Характеризуя Аримана и Люцифера лично, можно сказать: Люцифер — это вы­сокомерный дух, который любит больше всего смотреть с высоты птичьего полета; Ариман — морально одинокий дух, который нелегко позволяет видеть себя, который вгоняет свое существо в подсознание чело­века ... наколдовывает суждения из этого подсознания. Люди же полагают, что судят из твоего сознания".184 (10)