1196. "Везде, где мы теряем нашу рассудительность, осторожность, умеренность, мы отдаем силы Люциферу. Он забирает эти силы, а вместе с ними и те, которые нам нужны для органов дыхания и пищеварения. И если мы не обладаем добродетелью умеренности, то, перевоплощаясь, будем иметь эти органы больны­ми. Увлекающиеся жизнью вожделений, страстей, являются кандидатами в будущие декаденты, они станут лю­дьми, страдающими всевозможными недостатками физ. тела".
     "О человеке, который в обычной жизни обладает добродетелью мужества, говорят: у него сердце на правильном месте. ... Выражение "храбрый" также подходит для этой добродетели". Органом, который ис­пользует эта добродетель, является сердце — физическое и эфирное. В астр. теле этот орган переносит свои силы из одной инкарнации в другую, тогда как, например, мозг (орган мудрости) после смерти становится божественным продуктом и в следующей жизни и материально, и во внут­ренних силах строится заново. "Если мы стоим в жизни трусливо, то остаются бездеятельными силы, которые должны прони­зывать наше сердце. Они тогда являются семенами для Люцифера. Он захватывает их, и в следующей жизни мы их не имеем. Быть трусливым по отношению к жизни означает отдавать определенные силы Люциферу. И в следующей жизни этих сил нам тогда будет не хватать для построения нашего сердца — органа, инструмен­та мужества. Мы вступим тогда в мир с дефектным, плохо сформированным органом".159(1)

522. "Чем больше люди будут разъединяться, раскалываться, тем реже возвышенные души будут сходить в среду людей. Чем больше будут развиваться взаимосвязи и чем больше образуется чувства общности при полной свободе, тем больше возвышенных существ сойдeт к людям и тем быстрее земная планета одухотворится". 102(11)

523. "Новое развитие человечества идeт в том направлении, где должны быть разъединены ненависть к пороку и любовь, которую мы, несмотря на порок, всe же ощущаем к самому человеку". 188(4)

524. "Брать людей такими, какие они есть, и уяснить себе, что каждый человек, каков бы он ни был, даже преступник — следует сказать и так, — всегда говорит нам нечто более важное о мире, чем всe то, что мы можем вообразить себе о сущности человека, если даже измышляем прекрасные мысли; говорить подобное означает уравновешивать люциферическое в нас. ... Сказанное не следует путать с потерей критичности по отношению к человеку. Кто исходит из идеи: ты должен рассматривать всех людей как хороших и любить всех в равной мере, — тот опять-таки создаeт себе люциферическое удобство, поскольку в первую очередь исходит из своей фантазии. Рассматривать всех людей одинаковыми — это самая настоящая люциферическая фантазия. ... дело же заключается в полном любви или, лучше сказать, в полном интереса понимании каждого отдельного человека.
     Вы можете спросить: так что же такое вся эта люциферическая сила в нас, когда она удерживает нас от развития интереса, полной мудрости терпимости к человеческой природе? ... Что соединяет нас с людьми, что позволяет нам находить в себе других людей, — это одно привело бы нас к тому, что мы утонули бы, захлебнулись в нашем человекопознании, если бы при этом постоянно не присутствовало люциферическое жало, которое всe вновь и вновь удерживает нас от захлeбывания, всe вновь и вновь удерживает нас на поверхности, возвращает к самим себе, а затем будит интерес к самим себе. Как раз в отношении к людям мы живeм в постоянной смене между нашей наисобственнейшей силой и люциферической силой". 184(10)